Печать

Христианские захоронения на Малке.

Опубликовано в историко-археологические

Христианские захоронения на Малке.

Калеж, крестами осененный.

 

В Кабардино-Балкарии одно из мест на реке Малка (севернее старого разрушенного моста на подъеме от древнего русла), поблизости от одноименного селения, старожилы и поныне называют Калежем. «Калеж» означает «старая крепость» (от тюр. «къалэ» – крепость и «жъы» – старый). На Северном Кавказе это название привычно и достаточно распространено. Вспомним мощную крепость на горе Калеж около селения Хумара, что в 11 км севернее города Карачаевска, с которой некоторые исследователи отождествляют крепость Схемарий – ту самую, где умер преподобный Максим Исповедник (580–662), христианский монах, богослов и философ.

Нас же интересует гора Калеж, что находится по правую сторону реки Малка, в пятистах метрах от въезда в селение Каменномостское; а если уж быть точными, то Восточное городище Калеж (къалэжь ищхъэрэ). И вот почему. Местный житель Арсен Бишенов, излазил «Калежку» вдоль и поперек с металлодетектором и нашел здесь многие сотни (в этой цифре нет никакого преувеличения!) христианских крестов. Причем находились они не в глубине, а практически на поверхности. Порой создавалось впечатление, что, с одной стороны, кресты просто-напросто побросали на землю, втоптав в мягкую почву конскими копытами, а с другой – люди и сами срывали их с себя в преддверии какой-то грядущей опасности, грозящей христианам неминуемой смертью. О последнем говорит тот факт, что множество крестов – самых разных: из железа, бронзы, серебра; от малюсеньких до огромных: нагрудных и нательных – лежали вместе, чуть прикрытые почвой или непосредственно под камнями.

Что же это было? Думается, только одно событие в нашей недавней истории (по залеганию крестов и их сохранности можно вести речь о пяти-шести столетиях) может лежать в основе происшедшего, а именно нашествие Тамерлана, оставившего на исходе четырнадцатого века кровавую память о своем пребывании на территории нынешней Кабардино-Балкарии.

Общеизвестно, что воины Тимура отличались особой жестокостью. И в основе этой жестокости лежало, словами исследователя В. В. Бартольда, «утонченное, болезненно извращенное зверство» «Железного Хромца»… Фактов сему в истории предостаточно. 

Вот что писал епископ Султании в своих воспоминаниях о Тимурленге, рукопись которых хранится в Национальной библиотеке Парижа: «Не отыщется в мире человека более безжалостного, чем этот, и если на его глазах обезглавят сотню тысяч взрослых мужчин, женщин и малолетних детей, это не произведет на него ни малейшего впечатления – сердце его не дрогнет. Ему не раз и не в одном городе доводилось вырезать полностью все население, вплоть до последнего грудного младенца, и не случалось такого, чтобы он проявил жалости даже к столетнему старику, не говоря уж о мужчинах или женщинах…»

Нам видится, что точно так же воины Тимура поступили и с жителями крепости Калеж, вырезав их всех до единого и вывесив на вершине горы черный флаг. Это означало, что город или крепость стерты со страниц Книги Бытия. И это на самом деле произошло – сегодня даже ученые не имеют представления, что находилось на этом месте.

Нам же кажется, что многочисленные находки крестов (сегодня их количество приближается к трем тысячам!) могут служить доказательством тому, что в районе селения Каменномосткое располагалась одна из структур Аланской епархии – так называемые епископства, а именно епископия Ахохия, сведения о которой содержатся в одном из актов Константинопольской патриархии, датированном 1364 годом.

Известный ученый Владимир Александрович Кузнецов в своей работе «Христианство на Северном Кавказе до XV века» пишет: «В этом акте, связанном с именем Аланского митрополита Симеона, перечислены его владения: церковь Богородицы Утешительницы в Трапезунде с клиром и принадлежащими угодьями, церковь Богородицы Афинской в Сотириуполе и земли «около Алании, Кавказии и Ахохии».

И далее ученый, вслед за исследователями начала прошлого века В. Томашеком и И. Маркрафтом, локализует Ахохию на Центральном Кавказе, высказывая предположение, что «термин «Ахохия» происходит от осетинского «хох», как осетины называют горные вершины от Казбека до Кассары. В XVIII веке в грузинской литературе существовало понятие «хохский» Кавказ, прилагавшееся к горам Северной Осетии, что засвидетельствовал Вахушти. Это дало мне основание сделать вывод, что понятие XIV века «Ахохия» соответствует горной зоне Северной Осетии» [Кузнецов В. А. Христианство на Северном Кавказе до XV века. Пятигорск: Снег, 2007. С. 119.].

Другой исследователь – С. Н. Малахов, отмечая, что «до сих пор слабо изучены динамика этнотерриториальных границ епархии, характер и взаимоотношения Аланской митрополии с сопредельными диоцезами [Церковно-административная территориальная единица в Римско-католической, Англиканской, Шведской и некоторых других церквях, во главе которой стоит архиерей (епископ или архиепископ)], ее организационно-административная структура, уровень религиозного сознания прихожан» [Малахов С. Н. К истории Аланской митрополии Константинопольского патриархата: (Местонахождение византийской Ахохии) // Мир православия. Волгоград: Волгоградский университет, 1998. Вып. 2. С. 20.], также придерживается версии локализации Ахохии на Северном Кавказе[Малахов С. Н. Указ. соч. С. 22–23].

В. А. Кузнецов также допускает, «что епископия Ахохия занимала равнину предгорной Большой Кабарды и на ее территории располагались могильники Каменномостский и Жанхотеко. Где находился ее центр и главный храм – мы не знаем, но то, что она в XIV веке существовала и была подчинена Аланскому митрополиту, вполне достоверно. Не исключено, что епископия Ахохия, но под иным названием, была создана и функционировала уже в домонгольское время, ибо наиболее ранние следы христианства здесь зафиксированы в VIII–IX веках в катакомбах «Песчанки». Конечно, это самое осторожное допущение. Остаются неопределенными и границы епископии Ахохия» [Малахов С. Н. Указ. соч. С. 120–121.].

Берем на себя смелость утверждать, что центр епископии Ахохия находился именно в районе нынешнего селения Каменномостское – слишком уж много материальных доказательств служат подтверждением этому. Другой вопрос, что доказательства эти не введены в научный оборот, разошлись по личным собраниям частных коллекционеров. Остались лишь фотоснимки. Но отраженное на них впечатляет.

… По близости от Калежа – чуть выше, над карстовыми озерами, – есть еще одно место, кабардинское название которого звучит как «папасова земля», то есть место, где жил священник. На вершине отвесного кургана, подъем на который достаточно затруднителен, видны развалины жилища. Остатки фундамента позволяют сделать вывод, что оно состояло из нескольких комнат и предназначалось для проживания епископа …

Как и описание «папасового жилья» в Верхнем Чегеме, сделанное В. Миллером и М. Ковалевским в их работе «В горских обществах Кабарды»: «К одному естественному гроту саженей в 5 вышины с правой стороны была прилеплена какая-то постройка в виде каменного домика, которого заднюю стену образовала одна сторона грота. Это место до сих пор зовется папасовым жильем (то есть поповым). Недалеко от него другой, меньший грот, по-видимому, был утилизован как часовня. В нем виден каменный уступ, на котором когда-нибудь стояла икона; к уступу ведут с правой стороны несколько высеченных в камне ступеней. Еще ниже близ реки виднеются могильные камни с изображениями крестов. Стороны гротов, входившие внутрь часовни и папасова жилья, до сих пор носят следы штукатурки. Ходит предание, что в одной из пещер когда-то была найдена груда старинных книг, писанных на пергаменте. Но подобное же предание нам случалось слышать и в других местах» [Балкария: страницы прошлого. Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2007. Вып. 4. С. 31–32.].

Означенное позволяет сделать вывод, что на территории Кабардино-Балкарии находилось несколько епископий Аланской епархии, просуществовавших вплоть до XV века: Ахохия – поблизости от нынешнего селения Каменномостское; Кавказия – в районе селения Верхний Чегем и та, что находилась в четырех верстах от крепости Нальчик на Лесистом кургане, где «шехнику (то есть епископу) был скован дом из жести с дверьми из литого серебра…» [Ногмов Ш. Б. История адыхейского народа. Нальчик: Эльбрус, 1994. С. 77.].

…Название у этого материала вначале было другим: не осененный крестами, а усеянный. По сути последнее вернее, а по смыслу – нет.

Черный флаг, поднятый над Калежем, сгинул во времени, а кресты спустя столетия вернулись к людям.


Материал, подготовлен М.А. и В. Н. Котляровыми.